Если я тебя придумала

Впрочем, испытывать разочарование от первой романтической влюбленности — удел многих. Герой, в которого влюбляются девочки-подростки, — это часто кто-то из старших — учителя, товарищи старшего брата, старшеклассники, наконец, даже киногерой... Вот подлинное письмо одной школьницы в редакцию молодежной газеты.

«Здравствуйте.

Долго думала, прежде чем написать, и наконец решила. Дело в том, что мне нравится индийский артист Анитабх Баччаи. Кажется, ничего удивительного, кому не нравятся артисты? Но почему тогда, когда я вижу на экране этого артиста, у меня начинает сильнее биться сердце. Я не люблю, когда у кого-нибудь (особенно у девочек) есть его фотография. Когда я смотрела фильм «Клятвы и обещания», там был момент, когда его сжигали на костре. Мне показалось, что весь мир потерял для меня значение. Я сама себя и меня никто не понимает. Когда я стараюсь объяснить подруге свое состояние, она говорит: «Дура, больно ты ему нужна» и т. д. и т. п. Не говоря о других.

Мне уже 15 лет. Если мне понравится мальчик, то когда вспоминаю Баччана, он мне кажется смешным, я его начинаю презирать. Ничего не могу с собой поделать. Помогите мне, пожалуйста. Говорят, с возрастом это проходит, а у меня уже три года это не проходит».

Как правило, первый герой девушки-подростка — человек мужественный, галантный, добрый и красивый (обязательно красивый), умный и т. д. Красивым и смелым героям девушки склонны прощать отсутствие многих других ценимых ими же качеств. Если это реальный человек из жизни девочки, встречи с ним заставляют бешено стучать ее сердце, она смущается, краснеет — и в то же время старается как можно чаще видеть своего избранника под тем или иным предлогом.

Собственно, понятно, почему киногерой или просто взрослый человек в такой ситуации легко побивает своего возможного соперника, скажем, одноклассника девочки: у киногероя — ореол романтики, он человек зрелый, опытный, ну а если он в кино играет роль мушкетера или, на худой конец, романтического злодея, то как сравниться с ним робкому, неумелому восьмикласснику...

Избранник же девочки, как правило, даже не замечает восторженной романтической любви подростка, а если и заметит, то она кажется ему «детской». Но вот проходит время, и вдруг с болью, обидой, разочарованием девочка обнаруживает, что ее герой — человек далеко не идеальный, не самый умный, не самый красивый, не самый храбрый, не самый добрый и т. д. Хуже того, он может и вовсе оказаться трусливым, неумным, скупым...

В этом смысле девочке — автору письма о Баччане — все-таки немного легче: труднее разочароваться в человеке, который далеко и о котором ты практически ничего не знаешь.

Так хорошо это или плохо — такая любовь подростка?

«Этап романтической любви проходят, как правило, все подростки. И лишь те ребята, которые отличаются бедной фантазией, лишены этой «идеальной любви», подростковой влюбленности. Они как бы «перескакивают» из понятийной, детской стадии развития во взрослую, не пройдя важного этапа формирования личности и воспитания чувств. Личность становится примитивной, обедненной, и столь же примитивна любовь такой личности, ибо лишена тех красок и того очарования, которое придает ей романтическое отношение к предмету любви», — пишут Л. Гудкович и К. Кондратов в книге «О тебе и обо мне».

Фантазии занимают большое место в жизни подростка. Иногда они создают целый мир или страну, где живут не только герои его мечты. Сам мечтатель — и актер, и режиссер, и зритель в своем фантастическом театре: он и радуется, и негодует, и борется, и восхищается, и умирает, и любит своего избранника.

«Целый мечтательный мир, — как писал в свое время Ф. М. Достоевский, — с радостями, с горестями, с адом и раем, с пленительными женщинами, с геройскими подвигами, с благородной деятельностью, всегда с какой-нибудь гигантской борьбою, с преступлениями и всякими ужасами». Таким образом мечтатель расширяет свой мир, раздвигает границы видимого мира, в котором он ест, пьет, получает двойки и пятерки, выпрашивает у мамы джинсы, смотрит телевизор...

По мере развития личности человек начинает думать не только о тех, от кого зависит непосредственно, с кем сталкивается в своих личных делах, но и тех, которых, может быть, никогда и не увидит. Знаменитому гуманисту и ученому Альберту Швейцеру настолько мучительно было думать о неизвестных ему лично людях, которые страдают, что он уехал от своих родных, друзей, знакомых, от своих занятий музыкой, искусствоведением, философией, теологией в Африку — лечить страдающих и не имеющих возможности получать самую простую врачебную помощь негров. На такое способны люди сильные, внутренне красивые, щедрые.